Впечатления от прочитанных книг-№4-Богомил Райнов "Нет ничего лучше плохой погоды". Окончание обзора-Сборник газет "Движущая мысль"


Впечатления от прочитанных книг

№4

Богомил Райнов "Нет ничего лучше плохой погоды". Окончание обзора



Переплет                         Обложка                         Разрыв переплета

Всякая увлекательная книга рано или поздно должна быть дочитана, и вряд ли стоит прибегать к детской уловке, направленной на замедление процесса чтения по мере приближения финала. В общем и целом этот роман Райнова можно отнести к увлекательной литературе, хотя его никак нельзя посчитать одной из тех литературных поделок, которые причисляют к так называемому "легкому жанру" или "массовому чтиву". Данная книга при всей ее кажущейся легкости, ориентации на вкусы широких масс читателей может считаться образцом современного классического шпионского детектива, и потому есть все основания считать, что она легко переживет еще не один десяток лет и не одну сотню переизданий.

Этот смелый прогноз можно сделать исходя уже из того, как глубоко продуман автором сюжет, как много он соединяет мелочей, как стройно все эти мимолетные сцены, меткие характеристики, намеки и догадки нанизываются на главную сюжетную линию. Порой даже приходится удивляться тому, как Райнов не позабыл ближе к середине или концу своего довольно длинного повествования то, что происходило в его начале. Напротив, - события развиваются логично, взаимосвязанно, естественно и последовательно. Чего стоит хотя бы недолгое появление на сюжетной сцене Анны Феррари ближе к концу книги, которое, пожалуй, даже требовательный к прорисовке сюжетной канвы писатель счел бы излишним, учитывая то, как много внимания отношениям Боева с этой женщиной было уделено в начале романа.

Казалось бы, ее функция давно исчерпана, и ее можно смело отправить на заслуженный отдых, однако неутомимый Райнов неожиданно, хоть и ненадолго выводит Анну в свет софитов в одной из заключительных глав. Не теряет он из вида и палача Ровольта, который, словно мерцая, то неожиданно появляется, то также быстро исчезает и в начале книги, и в ее конце. Немалое удивление вызывает и то, как многогранна картина мира, нарисованного автором в этом романе, действие которого происходит в расположенных поблизости европейских городах и потому, казалось бы, должно больше напоминать не разностороннюю и сложную симфонию, а простенькую и понятную пьесу. Напротив, - тот, каким узнает Боева читатель в начале книги, мало чем напоминает Боева в середине книги и совсем уже мало сходится с тем, каким главный герой оказывается в ее конце.

На первых страницах, действие которых проходит на улицах Венеции, он внимательный, хотя и утомленный, наблюдатель, неторопливый мыслитель, язвительный критик окружающей реальности, в какие-то моменты даже искусствовед и философ. Несколько позже он становится коварным соблазнителем, ехидным насмешником, не слишком лестно отзывающимся о готовности женщин строить отношения с щедрыми богачами, склонным к рефлексии верным служакой, тяжело переживающим неудачи, постигающие его во время выполнения задания. Но и это далеко не все черты его характера, так как Боев, смело прыгающий дождливой ночью по крышам, чтобы добраться до архива "Зодиака", предстает и отчаянным смельчаком, готовым рисковать жизнью ради достижения стоящей перед ним цели, а его отношения с Эдит раскрывают в нем глубокую душевность, лиричность, романтизм, способность к нежным чувствам.

Убедиться в этом можно и во время общения Эмиля с Эдит по деловым вопросам, и во время их совместного досуга на вечеринке у художника, и, конечно же, в момент их конспиративного поцелуя на вечерней улице, и при описании их вынужденного возвращения из пригорода на велосипеде. В конце читатель узнает, что Боев может и хладнокровно смотреть в лицо смерти, когда сотрудники "Зодиака" фактически похищают его, и что он способен так же спокойно, возможно, навсегда, расстаться с женщиной, давно ставшей для него намного больше, чем коллегой, и потому разлука с которой для него тоже в какой-то мере равносильна маленькой смерти. Но самой удивительной способностью Боева все же является не его многоликость, многогранность, умение быть и жестоким, и сентиментальным, и неторопливым, и стремительным, а его умение постоянно обдумывать во всех мелочах свои действия и время от времени окидывать широким взглядом всю свою жизнь начиная с детства.

Конечно, весь роман построен на том, как Боев видит окружающий мир, что о нем думает, как оценивает происходящее вокруг, какие общие нравственные тенденции выделяет и на каких людских качествах заостряет внимание. Тем не менее, выбранный автором метод изложения событий, делающий главного героя постоянным собеседником читателя, является довольно нестандартным на фоне романов, описание событий в которых идет от третьего лица. Это позволяет быть в постоянном психологическом контакте с Боевым, узнавать обо всех его сомнениях, догадках, воспоминаниях, сожалениях, чувствах, страданиях. Надо признать, что автор ограничил эмоциональный мир Эмиля мрачными, серыми и в лучшем случае лирическими настроениями, при этом напрочь лишив его мечтательности, а его богатое воображение направив не на создание картин счастливого будущего, а на представление нелегких бесед с руководителями его разведывательной миссии.

Возможно, этот серый эмоциональный ряд был обусловлен авторским видением мира и жизни разведчика в частности. Именно поэтому роман кажется столь близким к повседневной реальности, он словно взят из нее, как ведро воды из морских волн, и может так же моментально раствориться в окружающем мире, если его туда "вбросить". Кстати, именно это и происходит в воображении читателя, который после знакомства с этой книгой совершенно не чувствует того отрыва от реальности, который часто происходит после прочтения романов, в большей мере основанных на вымышленной картине мира. Этот роман является частью повседневности, - дождливой, жестокой, полной убийств, коварства, хитроумных планов, страданий, расставаний, сожалений. Возможно, именно поэтому по его прочтении можно ощутить нечто вроде знаменитого катарсиса, то есть эмоционального очищения, которое испытывали зрители древнегреческих трагедий.

Эта книга не уводит читателя в мир солнечных грез, а постоянно обливает его дождем суровой действительности, которая создается в романе Райнова безжалостными, низкими, жуткими людьми. Вот почему прочитать его надо, причем до последней страницы, до той самой сцены прощания Эмиля с Эдит на вокзале, которая ничего общего не имеет с приятным читателю счастливым концом, зато имеет очень много общего с жизнью, в которой даже довольные своим положением люди обычно хотят получить от судьбы еще больше и, не имея возможности удовлетворить эту потребность, тихо страдают. Действительно, нет ничего лучше плохой погоды, - ведь она очень честно отражает то состояние, в котором находится погруженный в повседневность человек, - и тем самым облегчает ему восприятие окружающего мира, который, как и его внутренний мир, окутан во время дождя серыми тучами, а не освещен ярким солнцем.

Форзац                         Первая страница


Driving Idea

Перейти к списку номеров           Перейти на главную



Политика конфиденциальности (уведомление пользователей о файлах cookie)